Владелец мебельного производства пришёл, когда реструктуризация его долгов уже шла: «Хочу не продавать цех, а договориться с людьми. Это вообще возможно?» Возможно: мировое соглашение — полноценная процедура банкротства, а не джентльменский уговор. Показываю кейс, где бизнес выжил благодаря медленной, скучной и очень аккуратной переговорной работе.
Что выяснилось
У предпринимателя три кредитора: банк с кредитом на станки, поставщик плит и частный инвестор, входивший деньгами в оборот. Совокупный долг — семь миллионов. Цех и оборудование — его же заработок: продай линии на торгах, и платить станет нечем, проиграют все. Кредиторы на собраниях поначалу рвали и метали, но за столом переговоров картина выровнялась: каждому выгоднее получать деньги постепенно, чем делить остатки с распродажи. Реструктуризация тянула время, но графика платежей, который устроил бы всех, из неё не рождалось.
Как шла переговорная работа
Мы готовили мировое соглашение по статье 213.31 закона о банкротстве. С банком договорились о рассрочке на два года с сохранением процентов — банку нужна предсказуемость, и он её получил. Поставщик согласился на скидку: вернёт девяносто процентов долга, но быстро и без судов. Инвестору предложили отступное — один из станков, которого производство хватало и без него. Схему вынесли на собрание кредиторов: за проголосовали все три голоса, потому что альтернативой была продажа имущества по бросовым ценам, где не вернулась бы и половина. Отдельно прописали источник каждого платежа: выручка цеха, заказы с предоплатой, отказ от лишнего помещения. Суд утвердил соглашение, и процедура банкротства завершилась.
Чем всё закончилось
Производство не останавливалось ни на день. Предприниматель тянет график дотошно: каждая платёжка — в отдельную папку, потому что просрочка свыше месяца даст кредиторам право расторгнуть соглашение и вернуться в банкротство с полной суммой. К концу второго года долги банка и поставщика закрыты полностью, расчёты с инвестором — на финишной прямой. Цех работает, четыре сотрудника остались на своих местах, а предприниматель впервые за долгое время строит планы не на месяц, а на год. Кредиторы получили больше, чем дали бы торги, — и это главная арифметика любого мирового соглашения.
Что важно знать о мировом соглашении
- мировое соглашение утверждается судом и прекращает банкротное дело — это процедура, а не устный уговор;
- принять его должны кредиторы большинством от общего размера требований: сначала убеждаем каждого, потом голосуем;
- условия не должны ломать права тех, кто голосовал против, — меньшинство защищено законом;
- просрочка исполнения даёт кредиторам право расторгнуть соглашение и вернуться в процедуру;
- обещания должны быть исполнимыми: суд проверит, чем должник реально будет платить.
Случай, когда достигнутые договорённости пытались разбить через суд, я разбирала в кейсе про отказ в признании соглашения недействительным; общая логика процедур — в материале про банкротство физического лица.
Мировое соглашение я советую не как чудо, а как расчёт: статья 213.31 закона о банкротстве позволяет договориться с кредиторами, если условия честные и исполнимые, — именно это я и проверяю на бумаге.